Что почитать?

Обо всем помаленьку
User avatar
дворник рязанский
Posts: 10228
Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
Location: Montreal

Что почитать?

Post by дворник рязанский » Fri Oct 13, 2017 3:18 am

– Ах, Ретт, не будем о нем говорить! Ну, какое нам сейчас до него дело? Неужели вы не рады, узнав… я хочу сказать: теперь, когда я…
– Рад? – сказал он. – Было время, когда я отблагодарил бы бога постом, если бы услышал от вас то, что вы сейчас сказали. А сейчас это не имеет значения.
– Не имеет значения? О чем вы говорите? Конечно, имеет! Ретт, я же дорога вам, верно? Должна быть дорога. И Мелли так сказала.
– Да, и она была права, ибо это то, что она знала. Но, Скарлетт, вам никогда не приходило в голову, что даже самая бессмертная любовь может износиться?
Она смотрела на него, потеряв дар речи. Рот ее округлился буквой «о».
– Вот моя и износилась, – продолжал он, – износилась в борьбе с Эшли Уилксом и вашим безумным упрямством, которое побуждает вас вцепиться как бульдог в то, что, по вашим представлениям, вам желанно… Вот она и износилась.
– Но любовь не может износиться!
– Ваша любовь к Эшли тоже ведь износилась.
– Но я никогда по–настоящему не любила Эшли!
– В таком случае вы отлично имитировали любовь–до сегодняшнего вечера. Скарлетт, я не корю вас, не обвиняю, не упрекаю. Это время прошло. Так что избавьте меня от ваших оправдательных речей и объяснений.

...– Ах, Ретт, но мне же тогда так хотелось быть с вами, а вы были таким омерзительным! В самом деле хотелось! По–моему… да, именно тогда я впервые поняла, что вы мне дороги. Эшли… После того дня Эшли меня больше не радовал. А вы были такой омерзительный, что я…
– Ах, да ладно, – сказал он. – Похоже, мы оба тогда не поняли друг друга, верно? Но сейчас это уже не имеет значения. Я все это говорю лишь затем, чтобы вы потом не ломали себе голову. Когда с вами было плохо, причем по моей вине, я стоял у вашей двери в надежде, что вы позовете меня, но вы не позвали, и тогда я понял, что я просто дурак и между нами все кончено.
Он умолк, глядя сквозь нее на что–то за ней, как это часто делал Эшли, видя что–то, чего не могла видеть она. А Скарлетт лишь молча смотрела на его сумрачное лицо.
– Но у нас была Бонни, и я почувствовал, что не все еще кончено. Мне нравилось думать, что Бонни – это вы, снова ставшая маленькой девочкой, какой вы были до того, как война и бедность изменили вас. Она была так похожа на вас – такая же своенравная, храбрая, веселая, задорная, и я могу холить и баловать ее – как мне хотелось холить и баловать вас. Только она была не такая, как вы, – она меня любила. И я был счастлив отдать ей всю свою любовь, которая вам была не нужна… Когда ее не стало, с ней вместе ушло все.

User avatar
дворник рязанский
Posts: 10228
Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
Location: Montreal

Что почитать?

Post by дворник рязанский » Thu Jun 07, 2018 10:55 am

Когда Йося Шулькин пошел работать главным балабузом на строительный склад, его мама Циля Залмановна тут же поняла, что ничем хорошим это не кончится.

— Этот идиёт хочет трепать мне последний нерв! Мальчику только тридцать пять, а на складе сплошной дефицит и большие деньги! Это надо было растить его всю жизнь, кормить бульоном и любить больше жизни, чтобы дожить до такого? Вэйз мир! Я с этим Йосей, дай ему бог здоровья, скоро умру и даже не надо мене уговаривать!

— Так за что же вы будете умирать? — спрашивала Цилю Залмановну ее соседка Хася — Вы таки как хочите, но я вас не понимаю, мадам Шулькина! У мальчика такая работа и перспектива на премиальные, а вы тут кричите, как потерпевшая от пожара и делаете трагедию из Гамлета!

— Хася, ты просто никогда не жила красиво, Хася! У тебя из богатства — только вставной зуб и чугунная утятница! Ты не понимаешь, что за красиво надо платить. Мальчика могут посадить, Хася! Быть начальником склада — это как быть военным сапером. И там, и здесь одно неловкое движение, и жизнь летит под откос!

Так проходили дни. Йося каждый день надевал пиджак и уходил на работу, а его мама Циля Залмановна ждала, что эта работа таки добром не кончится.

И вот однажды к ним пришли. Вернее как пришли. В квартире напротив жил следователь Орешкин, мужчина с грыжей и усами, так вот он и пришел.

— Здравствуйте, Циля Залмановна, — сказал следователь Орешкин. — Я таки сильно извиняюсь, но я пришёл за вашего Йосю.

Циля Залмановна, которая в это время на кухне готовила что–то в сковороде, тихо охнула и опустилась на табурет.

— Я таки знала, что этот шлемазл сведет меня в гроб и даже ниже, — сказала Циля Залмановна и схватилась за сердце. — Скажите, мусье главный милиционер, на сколько его посодют? Может, можно что–то сделать? Вы же знали его покойного папу Гершля, дай ему бог здоровья, хорошо, что он этого не видит, он бы умер насмерть еще раз!

— Ну, что вы, — засмущался следователь Орешкин. –Какой же я главный милиционер? И какой же, к тому же, мусье?

— Ой вэй, конечно же, главный, даже не спорьте! — отмахнулась Циля Залмановна. — Такой красивый молодой человек обязательно должен быть главным! И мусье тоже!

— Ну, ладно, ладно, — довольно улыбнулся следователь Орешкин. — Ну, во–первых, вашего Йосю еще никто пока не сажает…

— Пока? — опять схватилась за сердце Циля Залмановна.

— Пока, — утвердительно кивнул следователь Орешкин. Таки я так понял за Йосю, что его сейчас не тут?

— Его сейчас не тут, — ответила Циля Залмановна. — Но если он придет, то я его убью вот этой сковородкой, и вам будет некого сажать в тюрьму, мусье главный милиционер!

При этом Циля Залмановна схватила для наглядности сковороду, с нее слетела крышка, и божественный аромат наполнил кухню.

Следователь Орешкин сглотнул слюну и вытянул шею, пытаясь заглянуть, что такое готовила Циля Залмановна, что оно таки так пахнет.

Циля Залмановна внимательно посмотрела на следователя Орешкина и, ничего не говоря, поставила перед ним тарелку.

Уходя, следователь сыто икнул и пообещал все уладить, так что пока Циле Залмановне можно не волноваться, и Йосю пока не посодют, но если Йося не прекратит свои шахер–махер, то просто за вкусно покушать отделаться не получится.

Ну, и я уже вижу, что все интересуются за то, что такого кушал следователь Орешкин, что Йося вместо уехать поднимать лесозаготовки на социалистический уровень, продолжает работать на складе, хорошо спать и носить кремпленовый пиджак.

А следователь Орешкин кушал эсик–флейш. Что такое? Вы не знаете за эсик–флейш? Я вас умоляю, а что вы тогда знаете, чтоб вы мне были здоровы?

Берите уже свои шариковые ручки и записывайте.

Нарезаем килограмм говядины, лямтики не толще сантиметра. Мелко режем две луковки. На сковородке разогреваем две столовые ложки смальца. Кидаем туда луки и жарим, пока он не станет золотистым, потом кидаем туда мясо и обжариваем со всех сторон.

Потом делаете маленький огонь и оставляем тушиться под крышкой, мясо должно дать сок, а лук придать ему цвет. Заливаем мясо водой на пару сантиметров, добавляем лаврушку, и пусть оно себе томится час. Но если вы думаете, что про него надо забыть, то вы таки так не думайте. Иногда надо его навещать, немного помешивать и по мере необходимости добавлять воду.

Потом добавляем горсть изюма или чернослива, еще через час увеличиваем огонь до среднего, выковыриваем лаврушку, добавляем две столовые ложки томатной пасты, соль, две столовые ложки сахара, лимонную кислоту на кончике ножика и перец. И пусть себе тушится еще минут десять.

А вот тут самое главное, что вы таки даже не представляете что.

Берете пряник. Трете его на терке. Добавляете в пару ложек панировочных сухарей и все это добро бросаете в сковороду. Можете стоять рядом и смотреть, как густеет соус. На это уйдет минут пять.

Всё! Можете кушать его с гарниром, но настоящие специялисты кушают его за просто так, макая корочку ржаного хлеба.

И знаете, что, если сам главный милиционер следователь Орешкин остался довольным так, что боже упаси, то уж за нормальных людей и говорить не хочу. Кушайте и не болейте. А Йося, кстати, все равно скоро уволился со строительного склада и пошел работать на продовольственный, так что Циля Залмановна чуть не получили инфаркт.

Из книги Александр Гутин «Кухня еврейского местечка, которого больше нет».

User avatar
дворник рязанский
Posts: 10228
Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
Location: Montreal

Что почитать?

Post by дворник рязанский » Fri Jun 08, 2018 2:07 pm

— Вот, дети, — мерно расхаживала по классу Лидия Ивановна, — скоро закончите школу, мальчики пойдут в армию, девочки выйдут замуж…

— Лидьванна! — отозвался с последней парты Марк Гольштейн.

— А зачем в армию?

— Что значит, зачем? — растерялась учительница. — Родину защищать!

— А что значит — Родина? — не унимался Марк.

— Родина? Ну как же, что занчит… Это … место, где ты родился!

— Значит я буду защищать Китай?

— Почему Китай!

— Я там родился.

— Нет, же, Родина — это не только то место, где ты родился, но где вырос…

— Ну так я там и рос! Целых пять лет!

— Пять лет — это слишком мало для понятия родины… ты же не говоришь по–китайски, не живешь традициями Востока…

— Нет, я по–китайски не говорю, я говорю по–русски, по–английски, немного по–французски…

— Значит Китай — не твоя родина. Твоя родина там, где родились так же твои предки…

— Мой отец родился в Петербурге, а мама в Кишеневе… Значит я буду защищать Россию и Молдову?

— Нет, ты будешь защищать ту страну, в которой прошло твое детсво, твои лучшие воспоминания…

— Алжир, мы там жили, пока мне не исполнилось 11 лет, у меня замечательные воспоминания об это стране!

— Нет… не Алжир! Защищать страну, близкую по духу и вероисповеданию…

— Ммм… ну поскольку я еврей, неужели защищать буду Израиль… Лидьванна! А как я буду защищать Израиль, неся службу в белорусской армии?

Очки Лидии Ивановны с кончика носа плавно перемещались все выше и выше, пока не оказались и вовсе на лбу. Класс с интересом наблюдал за происходящим. Марик прекрасно умел срывать уроки.

— Марик, — неуверенно сказала Лидия Ивановна. — Ты в белорусской армии будешь защищать Беларусь…

— Но если она мне совсем не родина! Что я там буду делать? Получается, что у меня совсем нет родины! А раз мне нечего защищать, значит в армию можно не ходить?

— В армию обязательно нужно ходить…

— Зачем?

— Чтобы стать настоящим мужчиной! — уверенности в голосе учительницы с каждым вопросом ученика становилось все меньше и меньше.

— Лидия Ивановна! Но ведь, чтобы стать настоящим мужчиной, нужна не армия!

— Что же?, — спросила она на свою беду.

— Ну вы столько лет живете, а как будто не знаете! Конечно же женщина!

Класс взорвался дружным хохотом. Лидия Ивановна побледнела. Трудно находить аргументы для подобных, пусть и логичных, заявлений. Она хотела попросить Марика пригласить к ней его родителей, но в данный момент забыла все слова. Спасительный звонок на перемену вывел ее из оцепения. Старшеклассники тут же загалдели, зашумели и разбежались.

Лидия Ивановна, как могла, побежала в учительскую. Бросив на стол журнал, она упала в кресло и разрыдалась… Она, заслуженный педагог с 40–летним стажем, не может объяснить 15–летнему сопляку с китайско–африканским прошлым, где у него Родина. Потому что в юные годы Лидии Ивановны Родина была одна — Советский Союз, и настолько она была необъятна, что можно было объездить полмира, но при этом не выехать за границы родины… И казахи, и прибалты, и евреи, и чукчи… у всех была одна единственная Родина, и всем это было понятно… А теперь? Три часа на машине — и все! Нет Родины! Кугом одна сплошная заграница…

Следующим уроком была геометрия. Молодой учитель зашел в класс после звонка на урок.

— Сергей Михайлович! А зачем нужно идти в армию, если у тебя нет родины? — задал вопрос Марк.

— Марик, у тебя нету Родины?

— Нету…

— Как так?

— Понимаете, родился я в Китае, где прожил до 5 лет, потом мы с родителями переехали в Алжир, потом мне исполнилось 11 лет, и мы переехали в Беларусь.

— Очень хорошо, а сюда вы как попали?

— А тут бабушка…

— Марик! Так значит у тебя как минимум 3 родины!

— Ну раз на то пошло — значит 4! Я еще и еврей!

— Прекрасно! Значит тебя в армию заберут самого первого!

— Не хочу…

— Тогда к доске шагом марш! Доказываем теорему трехперпендикуляров! — Сергей Михайлович обвел глазами класс.

— Ну что, бойцы, у кого еще нет Родины?

После уроков в учительской было шумно. В свете провокаций со стороны учеников на тему «Что такое Родина», учителя искали определение «родины» как таковой и методах ее объяснения современным ученикам.

— Согласно общепринятому определению, Родина, отечество, отчизна, страна, в которой человек родился; исторически принадлежащая данному народу территория с её природой, населением, общественным и государственным строем, особенностями языка, культуры, опыта и нравов… — зачитывал официальный текст директор.

— А детям это как объяснить? — галдели учителя.

— У нас и негритята есть, и китайцы… — поддакивали завучи.

Дверь учительской распахнулась. С ведром и мокрой тряпкой небрежно завалилась Никифоровна — уборщица.

— Чаво ета вы тута расшумелися? Мне тута убирть нада! — грозно возмутилась Никифоровна.

— А мы тут решаем… что такое Родина… — робко промямлил директор. Всегда строгий и безапеляционный, он робел лишь в присутсвии проверки из РОНО и Никифоровны.

— Делать вот вам не@рен, — забурчала уборщица, — Родину они решают… А чо тут решать? Чо тут непанятнава? Родина — эта кагда и выпить есть с кем, и закусить, и пагаварыть за жизнь и на пенсию не страшна!

— На пенсию не страшно… — хором повторили учителя. На том и порешили.

— Пап! А че такое Родина?

— Сын, Родина, это такое место, куда ты весгда можешь вернуться, и где тебе будут рады…

— Па! А ты это здорово придумал!

— Итак, сегодняшний урок будет посвящен определению Родины! — Лидия Ивановна сияла. Она, как ей казалось, знала все возможные определения, и даже чувствовала себя способной объяснить это ученикам.

Последовали скучные определения, и как резюме, чтобы донести до умов и сердец щкольников, Лидия Ивановна выдала:

— Дети! Родина — это место, где хочется выйти на пенсию и достойно встретить старость!

— Судя по всему, вы, Лидия Ивановна, живете не на Родине!

— Да что вы такое говорите! Нам по 15 лет, мы еще школу не закончили, а вы — пенсия и старость!

— Мы не хотим на пенсию!

Лидия Ивановна побагровела.

— Тихо! — взвизгнула она. — Кто тут у нас самый умный? — Учительница плавно переходила на ультразвук.

— Я! — Гордо отозвался Марк.

— Ну–ка, расскажи всем, что такое РОДИНА! — она была уверена, что Марк не ответит, он не слушал ее сегодня…

— Это такое место, знаете… куда всегда можно вернуться! Из любого места! — Парировал ученик.

— Круто! — все загалдели. — Вернуться откуда–нибудь — это гораздо интереснее, чем на пенсию!

Класс расшумелся.

Лидия Ивановна тихонько опустилась на стул и впервые задумалась о том, чтобы действительно уехать на Родину. То есть выйти на пенсию.

User avatar
дворник рязанский
Posts: 10228
Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
Location: Montreal

Что почитать?

Post by дворник рязанский » Mon Jun 25, 2018 1:30 pm

Начало

— Команда, всем прыгать от радости! У нас новый проект!
— Кого делаем, шеф?
— Вот: человек.
— Блин, а что это? Юз–кейсы есть? Как оно хоть выглядеть должно?
— Ну вы как первый день на работе. Это же заказчики! Вот вам генетический код, вы специалисты, сами справитесь.
— Блин. Ну ладно. Берём фреймворк от кольчатых червей, там всё должно быть стандартно. Пока напишем базу, аналитики разберутся.

Две недели

— Какое яйцо? Какая икра, идиоты?!.. Вы спецификации интерфейса читали? Плацентарное, живородящее, сухопутное! Да, я вижу, что оболочку икры уже написали. И тестами покрыли, умницы. Теперь рефакторьте в плаценту, там разница небольшая...

Четыре недели

— Всё по плану, шеф. Базовые классы для всех сегментов готовы.
— Для всех?
— Для всех, точно. Мы сверялись по плану. Эпителий, хорда, сосуды, хвост, жабры... В песочнице запускали, оно уже плавает.
— Прекрасно. Хвост, говорите. Жабры, да? Спецификации интерфейса?..
— Ой. Простите, шеф. Мы всё сейчас закомментируем. И тесты поправим.

Шесть недель

— Прогресс, шеф! От плавников удалось унаследоваться, теперь на каждый палец отдельные структуры. Сердце бьётся, мы оставляли тесты на сутки — никаких утечек, обе камеры, всё как надо.
— Обе, да? А сколько по спецификациям?
— Ну четыре. Да это фигня, за пару дней допишем.

Десять недель

— За пару дней, вы говорили?
— Ну вы же понимаете. Пока баги выловили, пока то, пока сё... Но теперь всё точно как надо. На тридцать лет непрерывной работы хватит с запасом!
— А заказчик сколько просил?
— Блин. Да ладно, сейчас две дублирующих системы ритмовождения воткнём — должно дотянуть.
— Ладно... Остальные системы?
— Прототип нервной системы готов. Прототип пищеварительной системы готов. Прототип лёгочного дыхания готов...
— Только прототипы? Половина проектного срока уже прошла!
— А что делать, шеф? Заказчик тестовый стенд до сих пор не предоставил! Куда нам это чучело релизить? Оно всё ещё с жаб...
— Вот это слово при мне больше не говорите.

Двенадцать недель

— Скелет, в общих чертах, готов.
— Вижу, что в общих чертах. Когда финализируете?
— Э... не можем оценить. Всё ещё нет схемы развёртывания.
— Д–детский сад... Ладно, оставляйте пока отладочные параметры, после пуска подкрутите. Хоть что–нибудь тут уже работает по плану?
— Слух. Стопроцентный. Любые колебания жидкой среды.
–...
— Да, шеф. Альтернативную имплементацию для газовой среды пишем. В модели не уверены. Тестировать не на чем. Когда заказчик предоставит?
— Заказчик написал, что не предоставит. Пишите модели, всё должно запуститься при релизе с первого раза.
— Блиииннн...

Четырнадцать недель

— В общем, всё готово. Ещё детали функциональности дописать, конечно...
— Сколько?
— Ну... Ещё девяносто пять процентов объёма.
— Сколько?...
— Ну, девяносто. Но это точно надо, шеф! Один только шерстяной покров, с двумя линьками в год — это знаете сколько рендеринга?
— Шерстяной, говорите. С двумя линьками...
— Ой. Извините, шеф, мы это сейчас удалим. Воткнём заглушку с незаметными волосками...

Двадцать шесть недель

— Ну как, к релизу готовы?
— Ну, в целом, да...
— В целом?
— Две тысячи багов в бэклоге, шеф. Лично я не ручаюсь, что оно сможет само дышать. Не успеваем рефакторить.
— Так. Наплюйте на рефакторинг. Давайте грубой копипастой.
— Оно же разбухнет! Вы представляете, сколько там получится? Раза в четыре больше!
— Плевать, спецификации не ограничивают. Пусть разбухает. А я пока попрошу заказчика отодвинуть дедлайн...

Тридцать две недели

— Команда, у меня две новости: плохая и очень плохая. Первая: крайний дедлайн — ещё четыре недели, дальше у них заканчиваются ресурсы. Вторая: поступили ограничения по размеру. Ещё максимум в полтора раза, и не больше.
–...
— Да, у них ограничения канала. Да, вот если бы они сказали это с самого начала. Ну вы как в первый раз! Да, до релиза работаем без выходных. Ну что у вас?
— Череп уже не проходит.
— Дайте гляну... Так... Начальный объём мозга ужать нельзя?
— Можно. Ещё четыре месяца на рефакторинг.
— Забудьте. Замораживайте функционал как есть, а в черепе поставьте подвижные элементы...
— То есть как — как есть? Оно же ещё ни ходить, ни жевать само не может!
— Всё в бэклог на вторую фазу. Я переговорю с маркетингом.

Тридцать шесть недель

— Ну, поехали.
— Какое поехали, шеф! Тысяча багов в бэклоге! Двести фич! Это только с первым приоритетом!
— Я сказал — поехали! Финансирование заканчивается завтра. Остальное скинем на поддержку.
— Они нас проклянут, шеф. Там ещё три года только первый приоритет допиливать.
— А полный бэклог?
— Лет двадцать.
— З–заиньки... Ну что делать, пусть проклинают. Алло, поддержка? Приготовьтесь обрабатывать первые багрепорты. Да, дыхание запускаем вручную. Первым делом. Да, не успели. Да, стукнуть по жопе. Не спрашивайте. Ну... деплой в продакшн... Начали!

© Андрей Новоселов

User avatar
дворник рязанский
Posts: 10228
Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
Location: Montreal

Что почитать?

Post by дворник рязанский » Wed Aug 15, 2018 6:20 am

Я вывалил на прилавок изрядную кучу громыхающего железа и почтительно кивнул гному-кузнецу.
— Добрый день. Я к Вам.
— Вижу, — хмыкнул кузнец.
— Вот это я хотел бы продать, а вот это починить. Ну и подкупить кое-чего, на что денег хватит.
Кузнец вытащил из кучи иззубренный ржавый ятаган и скривился.
— Ладно, на переплавку сгодится. Восемьдесят шесть монет за всё.
— Идёт, — быстро согласился я. — А за ремонт сколько?
— Четыре монеты, — ответил кузнец, оглядев моё снаряжение. — Это займёт немного времени, можешь пока выбирать, что там тебе нужно.
Я двинулся вдоль прилавка, разглядывая товары.
— Почём эта кольчуга?
— Восемьсот, — ответил кузнец, не оборачиваясь.
— А щит?
— Сто двадцать.
— А топор?
— Двести. Руками не трогай, я всё вижу!
Я поспешно убрал руки за спину.
— А это что? Упряжь для лошади?
— Где? — кузнец проследил за моим взглядом и фыркнул. — Нет, конечно. У нас доспехи, оружие, при чём тут лошади?
— И что же это? Доспех или оружие?
— Доспех, — без тени сомнения ответил кузнец. — Ну и оружие тоже, в некотором роде.
Он подцепил пальцем переплетение кожаных ремешков, украшенных серебряными черепами, встряхнул и причмокнул.
— Униформа Тёмного Легиона, — сообщил он мне. — Женский вариант, разумеется. На демонессах смотрится просто потрясающе! Вон, гляньте.
Гном ткнул пальцем в сторону большого постера на стене. Я пригляделся. С постера призывно улыбалась белокурая эльфийка в кольчужных стрингах и короткой кольчужке с открытым пупком. Над её головой сияла золотая надпись "Я твоя!"
— Эээ... — протянул я.
— Ой, простите, — смутился гном. — Ошибся. Вон на той стене.
Постер на другой стене изображал демонессу в чёрном латексе, с чёрными струящимися волосами, черным лаком на острых ногтях, в чёрных кожаных сапогах на шпильках и с чёрной плёткой-ламией в руках. Над её головой змеилась чёрная же надпись "Ты мой!"
Гном-кузнец снова встряхнул кожаную упряжь, наслаждаясь звоном серебряных черепков и довольно огладил бороду.
— Раскупают, как горячие пирожки! — похвастался он. — Недавно получил большой заказ от Тёмной канцелярии, на два женских батальона. Очень неплохие деньги, между прочим.
— Вы продаёте доспехи Тёмной стороне? — удивился я.
— А что такое? — пожал плечами гном. — Я и Светлым тоже продаю. Поддерживаю равновесие, так сказать. Поскольку законопослушный нейтрал, так-то.
Он вытащил из-под прилавка золотистое бикини и демонстративно уложил рядом с черной униформой.
— Красиво, да?
— Красиво, — признал я. — Но вряд ли функционально.
— Много ты понимаешь! — обиделся гном. — Ты думаешь, эти доспехи предназначены для защиты? Останавливать стрелы и топоры? Как бы не так!
— А для чего же?
Гном сердито засопел в бороду.
— Скажи-ка мне, умник, в чём залог победы?
— Нууу, не знаю, — протянул я. — Во-первых, конечно, людские ресурсы. Потом магия, технология... снаряжение, опять же...
— Ерунда, — отмахнулся кузнец. — Силы враждующих сторон могут быть совершенно любыми. Можно выиграть у целой империи, имея на старте лишь горстку плохо вооруженных крестьян и пару лучников. Наука, техника, магия или религия — это всё пустое, они почти ничего не решают. Лишь один-единственный фактор определяет, кто в итоге победит. И имя ему...
— Избранный, — прошептал я.
— Правильно, — кивнул гном. — Избранный. Загадочная личность неизвестного происхождения, он может быть кем угодно и каким угодно, он является в мир голым и босым, без гроша в кармане, ничего не умеет, ничего не знает, зачастую и не помнит ничегошеньки, даже собственного имени. Но это и не важно. Всё-равно победит лишь та сторона, к которой он решит присоединиться. Так ведь?
— Так, — согласился я.
— Ну вот. Весь этот антураж, — гном обвёл рукой прилавок, — все предлагаемые плюшки, захватывающие квесты, вся эта светлая и тёмная магия, титулы и ранги — всё служит одной-единственной цели, привлечь Избранного на свою сторону. Но деньгами и званиями сейчас, сам понимаешь, никого уже не соблазнить. А вот это, — гном снова указал пальцем сперва на один, потом на другой постер, — всё ещё работает. Неудобно, не функционально, да, позору, опять же, не оберёшься, но девочки стараются. Всё для фронта, всё для победы, и так далее.
— То есть, в тысячелетнем противостоянии Света и Тьмы... — начал я.
— Победят те, у кого сиськи больше, — закончил гном.

Post Reply

Who is online

Users browsing this forum: No registered users and 1 guest